апельсин на подоконнике, солнце в постели

богатство доест остатки любви

но на мой век  надеюсь что хватит

и того и другого

пока же я бедный  влюбленный  поэт

и не вижу смысла во многом

 

моя сущность валяется  под одеялом

не хочет вставать

укрываясь одеялом  как  кожей

вставать означает куда-то идти что-то делать

творить я могу  и лежа

 

лежа все получается лучше

я смотрю на лежащее на горизонте светило

рукой обнимаю прекрасную душу

она-то знает: в закате  солнца не больше

чем в нашей постели

Макдональдс

хотелось отлить

небу в этом плане полегче

оно и не сдерживалось

жидкость падала сверху

стена плача

сквозь нее

вышел к  макдональдсу

там люди за столиками

вдохновлялись свободной картошкой

двумя руками они отрывали

хищные губки чизбургеров

впившиеся им в зубы

все выглядели довольно счастливо

хвост к кассе не меньше чем к женскому туалету

мой слава богу свободен

стоя всегда быстрее

я направляюсь

вдруг меня одергивает  голос из женской очереди

останавливает

знакомая куколка из университета

как бы она не была сексуальна мне хотелось сильнее

в дверь напротив

«подожди, я вернусь скоро»

бросил смущенно

за ручку здороваясь с дверью

через две минуты

изумляя публику

стоя вместе с ней среди женщин

мы мило болтали и договорились о встрече позднее

так как за столиком ее ждал друг с колориями и коктейлем

выходя облегченно из сферы питания

я подумал:

какое хорошее место

Макдональдсы -чудо

кто-то заходит сюда поссать кто-то пообщаться

мне удалось и то и другое

роман в песочнице

город в купальном костюме

развалился на побережье

вдоль моря

стеклянной улыбкой пива

рощей цветущей зонтичных

в блестках солнцезащитных окон

прикрывая тоску детективами

он смотрел снисходительно

как и положено человеку на отдыхе

то яхтами

то глаз полоща машинами

свет которых стекал металлическим потом

по брутальным морщинам улиц

плавились мысли:

жарко

как много женщин!

когда раздеты

их как будто бы больше,

они прикуривают от горящих путевок,

полотенца сумочки

в них любовь рядом с  помадой

которую они доставали

при каждом удобном случае

или уже достали

штампом знакомства

целями в презервативах

однообразием заката

курорт засыпал без снотворного

книга вываливалась  из рук

он устал от своих романов

рыба

я соскучился по себе по тому

что помер

течет  в канаве забвения

в блестящем болоте вселенной

среди нежных кувшинок

я   плавник

парус гигантской рыбы

подпирающий небо

жабра через которую выдыхают

крошечный мозг

с рефлексами на подкормку

глаз тупой беспощадный беспомощный

упрямо моргает

чешуя  слезающая с дивана

раскатанная губа на крючке

брюхо с морепродуктами

красное мясо  любви

бредящее филями

хвост кометы

икра минтая

косяком

воблой

консервной банкой

по течению

в поисках океана

шипастая роза

наглоталась воды

разорванным ртом

тонет

цепляя на дне ил

лезвием жести

у каждого в штанах по атомной бомбе

снова я занимаюсь сексом

выбирая его последним

и самым эффективным оружием

от хандры и недомогания

выглядывает из дула

огнестрельное

желание заниматься  предметом

любви

мы усидчивы

в достижении удовольствий

в этом занятии человеку нет равных

нет работ  которые можно сделать дома

экспромт

сплошь контрольные

контрольные выстрелы

подо мной ночь и немного женщины

она прекрасно стонет

нет возможности поменяться полами

мы меняемся позами

жаль ..

всегда хотелось понять что же  чувствуешь

когда в тебя стреляют

добивают любовью

апельсин

апельсиновые косточки

остались во рту

сладкая мякоть

проскользнула дальше

в холл в номер

оставляя сочный шлейф удовольствия

сколько сока

съедено солнце

остались кости

выдворены на ладонь

пожелтевшие

зубы плода

у апельсина нет будущего

если он спелый

как ее не впустить

все ожидания в конечном итоге

приводят к одному и тому же

ожиданию смерти

от этого сводит мышцы и зубы

сводит с ума все мысли

мы ее подгоняем

кутая легкие  в облака  табачного дыма

алкоголем полоская горло и тазики

калории вколачивая в брюхо

переставляя аккорды на нервах

а она не торопиться

тогда нам кажется что мы железные

и не ржавеем

не люди а  гвозди

мы забиваем

забиваем на  появление оной

слыша в этот самый момент

звоночек

мы смотрим в глазок

за дверью красивая смерть

как ее не впустить

психи

«псих , он просто псих»

с этими слова ты оставляешь всякую надежду на победу

сходишь с трассы

оставляешь женщину бизнес славу

психу проигрывать не зазорно

уступаешь подиум

и крики шампанского

ты рисковал

а для него это просто образ жизни

настойчиво психоделически

он делает свое дело

и всегда будет в лидерах

в то время как некоторые разумничают

делая ставки на целесообразность

 

гороскоп

люди ищут покоя

спокойной ночи

уже ее два часа

небо –кладбище звезд

могилы моргают бессмертием

мы бросаем цветы взглядами

вытряхивая из него созвездия

ищем свое

я родился в созвездии члена

три звезды одним треугольником

мало похожего

если только он в сложенном сморщенном состоянии

сиреневый мальчик замерз

в ожидании чуда

члены тоже ищут покоя

гороскоп говорит :

«что родившиеся под этим созвездием

проведут  беспокойную половую жизнь

в бесконечных поисках женщины»

однообразы

уже несколько лет

как он ее не переворачивал

одни и те же утра  фильмы

друзья музыка посуда

шутки

рутина на горизонте

и жизнь стала однообразной

бессильной

если бы бог также с Землей

человечество сместилось бы на солнечную сторону

с другой стороны зависли бы самые терпеливые

жизнь  протекающая в своей тени

она решилась  перевернуть ее

одним словом

одним  усилием